МЕЧТА БЕЗ СРОКА ГОДНОСТИ

Стоунхендж — одно из самых древнейших сооружений планеты, внесенное в список Всемирного наследия. О нем слагали легенды, пытались разгадать тайну его происхождения, выстраивали вокруг груды камней невероятные теории... А для меня это место — мечта ребенка, увидевшего загадочную картинку в компьютерной игре и старенькой экциклопедии...

Детские мечты — глобальные, а порой наивные. Мы хотим слетать в космос, стать принцем или принцессой, получить в подарок миллион шоколадок, изобрести вакцину от посещения школы, завести себе щенка... Что-то исполняется, что-то нет, чаще — стирается из памяти. Размышления, размышления... Я поворачиваю голову и смотрю в окно, где на горизонте прорисовываются каменные руины — Стоунхендж. И тут меня осенило — почти двадцать лет спустя я осуществила свою детскую мечту... 

NO PLACE LIKE LONDON: ГДЕ ЖИВЕТ ЛЮБОВЬ МОЯ?

«Деньги — в Нью-Йорке, бордели — в Париже, но идеалы — идеалы только в Лондоне!»

Всеволод Овчинников

Туманный Альбион... Загадочный, окутанный тайнами, мифами и перипетиями Лондон, переживший грандиозный пожар и Олимпийские игры, прославляющий монархию и сконы с джемом... Лондон — чопорность и безбашенность. Лондон — маленькие лавчонки и гигантские сторы. Лондон — это каждый раз разные улочки и милое оформление витрин, окон и дверей, как в сказке или на открытках. Англия и его сердце — город, который питает своей артерией мечтателей. Он как запретный плод, что так хочется вкусить, но он так высоко висит, кажется чем-то недосягаемым... Так мне думалось всегда. Всегда. Ровно до того момента, пока крик чаек, проносящихся на сумасшедшей скорости над Темзой, не выдергивает из мыслей о том, что меня и быть-то здесь не должно... 

А ведь все могло бы быть иначе. Никакого Вестминтерского моста и высоток Сити. Никаких эмоций. Ну, если только апатия, безразличие и сожаление о том, что главный подарок себе любимой про... пропущен самолетом с одним пустым местом. Но в прошлую весну, когда в наушниках играла London Town, а в хмурый декабрь было принято скоропалительное решение, сомнений где-то глубоко в мозгу не оставалось — мечты должны сбываться! 

ЗА МЕЧТОЙ: КАРЕЛИЯ, ВОДОПАДЫ, ПРИРОДА И ЛЮБОВЬ

Пейзажи за окном сменяются подобно кадрам сквозь объектив фильмоскопа: шумный и затянутый корсетом проводов город, гладкие равнины, покрытые мхом камни, остроконечные верхушки елей и сосен... Мы мчимся, вдыхая забытый легкими чистый воздух, мы мчимся на встречу Карелии... 

Озябнув в первые и дождливые минуты раннего утра субботы, моему телу очень сильно хотелось и стоналось вернуться в теплую постельку, ведь цветные сны не ждут. А вот разум мой, затуманенный лазурно-изумрудными и спокойными водами, трепетал от восторга — желанное становится реальным. Город в глубоком сне, а метро только-только открылось. Непривычно. Спину тянет рюкзак. Темно и холодно. Холодно и темно. Мы ищем свой автобус, промокнув если не до последней нитки, то до неприятных ощущений точно. Гид что-то говорит о технике безопасности и маршруте, о том, что будет остановка на Просвете, а еще в Ленобласти у крепости, но сознание отключается и падает, барахтаясь в воздухе ручками и ножками, в сон. Все-таки надо больше спать... Спать... Мечтать... 

РАЙСКИЙ УГОЛОК, СПРЯТАННЫЙ В ГОРАХ ВЬЕТНАМА

Долина рисовых полей и плантаций питахайи. Уходящие в горизонт ажурные горы и шумные волны двух океанов, слитых в одно море. Это колыбель юго-восточной Азии. Это Вьетнам, еще неизведанный туристами, но хранящий в себе нечто важное — дух свободы и просветления. 

У всех наступает такой момент — внутри все вскипает и крышечка от кастрюльки, то есть головы, готова слететь к чертовой матери. Тут есть два варианта: нанести визит в аптеку и оптом закупиться Афобазолом, Новопаситом и Валерьянкой (что сойдет только за десерт), или искать душевное равновесие. Последние пару месяцев в моей черепной коробке зрел коварный план о побеге в Тибет, куда-нибудь к монахам и ламам, чтобы достигнуть дзена и духовно переродиться. Но то слова, до действий никак не доходило — трусиха. Потом вне вышло как-то внезапно... И  мой чемодан вновь оказался в пути, а я, так жаждавшая просветления, получила это, не прилагая к этому особых усилий.